Как китайцы приняли русского наследника в 1891 году и зачем ему дали жёлтые носилки

В апреле 1891 года будущий император Николай II оказался там, где европейцам обычно не рады. Кантон — современный Гуанчжоу — встретил его не стрелами, а носилками императора. Хотя за несколько месяцев до этого здесь отказали в приеме французскому принцу и английскому адмиралу. Что изменилось? И почему китайцы пошли на такой рискованный шаг? Разбираемся в деталях, которые вы не найдёте в школьных учебниках.

Гонконг: британский порядок и кладбище для «избранных»

Сначала наследник высадился в Гонконге. Тогда это была британская колония — образцовая, как писали в отчётах, с растущими доходами и чёткой системой. Но есть нюанс.

Там находилось европейское кладбище «Счастливая долина». Вход на него для азиатов был категорически закрыт. Сопровождавший цесаревича князь Эспер Ухтомский описывает это как должное. Сегодня это читается иначе: диагноз эпохи, когда человек делился на «своего» и «чужака» даже после смерти.

Дальше — больше. Узкие улочки, рикши, женщины-гребцы с мускулистыми руками, тесные жилища. Европейцы же живут на виллах в комфорте. Один город — два разных мира.

Кантон: город, где европейцев не ждут

Когда делегация прибыла в Кантон, картина перевернулась. Здесь уже не было английского флага. Был Китай. И отношение к белым пришельцам — откровенно враждебное.

«Встречать их с почетом по правилам гостеприимства, оказывать ненавистным иноземцам учтиво-радушный прием здесь… почти немыслимо для китайца-патриота», — записывает Ухтомский в дневнике фразу, от которой становится не по себе.

И это не пустые слова. Незадолго до визита Николая китайцы не дали даже простой аудиенции принцу Бонапарту. Английского вице-адмирала Гамильтона вообще не приняли. Австрийского командира — аналогично. Европа здесь была персона нон грата.

Жёлтые носилки: жест на грани допустимого

И вдруг — сюрприз. Местный генерал-губернатор Ли Хунчжан принимает решение, которое удивило китайских патриотов. Для передвижения Николая он готовит носилки… жёлтого цвета. Это не просто транспорт. В Китае жёлтый — цвет императора и вдовствующей императрицы. Никто из иностранцев такого не удостаивался.

«Ни одного именитейшего иностранца население никогда не видало открыто приравненным земному владыке высшего порядка», — пишет Ухтомский.

Это был не просто жест вежливости. Это был политический риск. Представьте: город, где ненавидят чужаков, а чиновник приравнивает русского наследника к Сыну Неба. За такое можно поплатиться головой. Но Ли Хунчжан пошёл на это.

Тут два важных момента, которые часто упускают. Во-первых, Россия в конце XIX века не участвовала в колониальном грабеже Китая с таким же рвением, как Англия или Франция. Китайцы видели в русских «меньшее зло» и возможный противовес западным державам.

Во-вторых, Ухтомский подмечает: китайцы видели в русском государе «Белого Царя». В своей более поздней работе «К событиям в Китае» он объясняет эту особую связь: «Для Всероссийской державы нет другого исхода: или стать тем, чем она от века призвана быть (мировою силой, сочетающею Запад с Востоком), или бесславно и незаметно пойти по пути падения».

И чуть позже уточняет, кого видели в русском монархе азиатские народы: «У нас Белый царь — над царями царь… И он держит веру крещеную, веру крещеную, богомольную, стоит за веру христианскую, за дом Пречистыя Богородицы,— потому Белый царь над царями царь…»».

Ухтомский подчёркивает: китайцы связывали с русским царём надежды на «залог единства народов». Грубо говоря, они искали союзника, а не врага.

Поэтому русским позволили то, что другим было запрещено. Ухтомский замечает: «В Кантоне китайцы позволили вооруженным матросам сопровождать цесаревича» — и это, по его словам, «лишь в знак чрезвычайного расположения». Обычным иностранцам, как он пишет, такое не разрешалось.

«Лежалые голубиные яйца» и культурный шок

Конечно, не обошлось без этнографических наблюдений. Ухтомский, при всём его уважении к Востоку, оставался человеком своего времени. И китайская кухня его знатно удивила. Он признаёт: богатые китайцы — тонкие гастрономы. Но сразу же добавляет про чеснок, лук и масло — мол, европейцу надо привыкнуть.

А затем идёт список, который и сегодня вызовет улыбку: солёные цыплята, утки необыкновенного жарения, акульи плавники в курином супе, «лежалые голубиные яйца вкрутую» , «полупрозрачные ласточкины гнёзда». Ирония в том, что Ухтомский был востокофилом, знал Азию, но всё равно не мог скрыть лёгкого отвращения. Европейская призма оказалась сильнее.

Стража с зонтиками: кому это смешно, а кому — нет

Отдельно князь отмечает китайских телохранителей. При Ли Хунчжане состояла стража, которая носила зонтики и веера. Плюс надписи на спине о воинской доблести. Для русского военного человека — абсурд. Какой воин с зонтиком? Для китайской традиции — всё логично: зонт и веер обозначали статус охраняемого лица. Просто другой код.

Несмотря на снобизм, Ухтомский пытается разгадать китайцев. Он видит двойственность: «блестящие достоинства» соседствуют с «отвратительными недостатками». Он отмечает дисциплину и способность к организации.

Позже, в своей работе 1900 года «К событиям в Китае», он признаёт: европейцы многое упустили. Китай строит железные дороги, развивает торговлю, добывает уголь и железо. И предсказывает, что Китай станет «просвещеннейшей нацией» в Азии.

«Европейцами остаются незамеченными духовные богатство и мощь китайского народа», — сегодня эта фраза звучит пророчески.

Увы, дальше политика пошла по другому пути. После восстания ихэтуаней в 1900 году Россия присоединилась к колонизаторам. Ухтомский был в отчаянии: его идеи о братском диалоге с Азией разбились о реальность. Влияние князя при дворе сошло на нет. Друг и наставник Витте отвернулся. Николай II выбрал экспансию — и закончилось это войной с Японией.

Наследие Ухтомского забыли на десятилетия.

Почему мы вспомнили об этом сегодня

Потому что сегодня Россия говорит о «повороте на Восток». Китай — ключевой партнёр. История с жёлтыми носилками — не просто байка из XIX века. Это лакмусовая бумажка. Если тогда Китай казался Европе дряхлым великаном, то сегодня он — один из центров мира. Успешная экономика КНР — главное тому подтверждение. И когда, как не сегодня, вспомнить о позитивных страницах в общей истории двух стран?

Статья написана по материалам исследования хабаровских учёных Е.Ю. Потапчук и В.В. Потапчук («Общество: философия, история, культура», 2023, N 12), а также первоисточникам — отчётам князя Э.Э. Ухтомского «Путешествие государя императора Николая II на Восток» (издание 2019 г.) и работе «К событиям в Китае: об отношениях Запада и России к Востоку» (1900 г.).